Владимир Габулов: «В «Анжи» я чувствую себя вполне комфортно»


 

Голкипер «Анжи» и сборной России Владимир Габулов  в интервью агентству «Р-Спорт» рассказал о травмах вратарей, любви к Италии, игре в ЦСКА и «Динамо», дружбе в махачкалинском коллективе и о многом другом.

- Что можете сказать о столкновении Александра Кержакова с Андреем Диканем? Многие сравнивают этот момент с Вашей травмой в 2009 году.

- Я считаю, что сравнивать эти эпизоды нельзя. Та ситуация, в которой играли Саша Кержаков и Андрей Дикань, отличается тем, что Саша успел сыграть в мяч и по инерции бежал. А Андрей среагировал на мяч. В моем же эпизоде все было наоборот: удара по мячу не было, я вышел и забрал мяч в ногах. После чего произошло столкновение.

- Вы ни разу не вставали в один ряд с людьми, которые требовали отмщения. Вы по-прежнему придерживаетесь такой позиции?

- В последнее время есть тенденция большого количества травм у вратарей. На это стоит обратить внимание. Я не говорю про ужесточение наказаний, но нужно обратить внимание, чтобы в последующих играх этого не было. Травмы очень серьезные и наталкивают на мысли о том, что нужно что-то предпринимать, но что именно, мне сложно сказать.

- Можно же как-то избежать этих ситуаций самим вратарям? Как в Вашем случае, многие говорили, что если бы Вы прижали голову вниз, а не, наоборот, подняли вверх, смогли бы избежать травмы.

- У каждого своя правда, и со стороны всегда легче рассуждать: голову повыше, пониже. Когда идет матч, ты об этом не думаешь, а думаешь, как поймать и забрать мяч, и только потом ты начинаешь группироваться. Футбол – контактный вид спорта, травм здесь не избежать. Просто стоит обратить внимание на то, чтобы их уменьшить, дабы не было глупых столкновений, которые приводят к серьезным травмам.

- Игроков ЦСКА упрекали, что они специально вели агрессивную игру против Веллитона.

- Я считаю, что вратаря нужно защищать, но не агрессивными способами. Представляете, что будет, если после каждой травмы футболисты начнут выходить и мстить друг другу. Все мы профессионалы и должны более уважительно и внимательно относиться друг к другу. Все мы едим один хлеб, все зарабатываем себе имя и деньги одним делом. Главное, чтобы не было злого умысла нанести травму. Бывает, что есть умысел немножко задеть соперника, чтобы он больше так не выходил, а в итоге оказываются серьезные травмы.

- Как Вы считаете, это действительно месть со стороны армейцев или же игровой момент в случае столкновения Василия Березуцкого и Веллитона?

- Нет. Я видел этот эпизод. Там шло лоб в лоб, и мяч был ничейным, просто Вася жестко играл именно в отбор мяча и в итоге, если не ошибаюсь, отобрал его, и даже нарушения правил не было зафиксировано. Комплекции Васи и Веллитона разные, поэтому, может, так и случилось.

- Если вернуться к химкинскому эпизоду в 2009-м, можете напомнить, Вы сразу покинули арену?

- Да, я сразу понял, что у меня сломаны кости, потому что у меня часть лица после удара ушла  внутрь, и я почувствовал давление на глаз. Доктора посмотрели и сразу сказали, что перелом. У меня было кровотечение из носа и изо рта. Меня сразу увезли в больницу, не дожидаясь окончания матча. Когда произошел эпизод  с Диканем, мне сразу было видно, что на глазах растет отек и что скуловая кость ушла внутрь. Это признак перелома.

- Сразу после того матча «Динамо» - «Спартак» тогдашний защитник «бело-голубых» Йован Танасиевич сказал, что если бы не «висел» на желтой карточке, то сломал бы Веллитона.

- Это, скорее всего, были эмоциональные слова.

- Вам приходилось в следующих матчах сдерживать игроков? На встрече с болельщиками спекулировалась тема, поручит ли Кобелев Александру Димидко ликвидировать Веллитона.

- Это просто высказывания болельщиков. К тому времени, к 2010 году, все эмоции у всей команды и у меня в том числе улеглись. И мы играли со «Спартаком» совершенно спокойно.

- Когда Вы сейчас выходите на поле, есть ли страх вновь получить серьезную травму?

- Нет. Уже прошло много лет. Я вообще об этом не думаю, но стараюсь максимально себя обезопасить.  Дело не в том, что я боюсь получить травму, а просто не хочется из-за этого пропускать большой период времени. Хочется играть и заниматься любимым делом.

- Даже в первый год после восстановления не было страха?

- Нет, даже тогда. Потом, в моменте, когда был выход один на один, я сыграл очень яростно - уже не помню, какой был соперник, но футболист подошел и сказал: не переживай, я никогда не иду в стык с вратарем и, если что, перепрыгиваю.

- Когда Вы говорите о ситуации с вратарями,  подразумеваете Россию или всю Европу?

- Из Европы мне только  два случая приходят на ум – травмы Петра Чеха и Мартена Стекеленбурга. Просто за последние два-три года, посмотрите, сколько вратарей в России было травмировано: и Деян Радич, и Сергей Нарубин, и Игорь Акинфеев, и Слава Малафеев, и Андрей Дикань.

- А почему именно у нас так происходит? Есть ли этому какое-то объяснение?

- Объяснений у меня этому нет. Может быть, совпадение, может еще что-то. Хочется, чтобы  вратарских травм было меньше, а для этого нужно всем внимательнее и уважительнее относиться друг другу.

- Вы согласны с тем, что Леонид Федун намерен до последнего добиваться дисквалификации Кержакова? На Ваш взгляд, не пора ли заканчивать с подобными реакциями на данные события?

- Точно не стоит раздувать из этого невидимые бомбы. После каждого эпизода кричать об этом. Всем нужно сконцентрироваться на своей работе и играть в футбол. Все зависит от нас самих, от футболистов. Как мы будем относиться к каждому эпизоду, к каждому столкновению, так и будет происходить.

- История перепалки на поле с Дмитрием Хохловым во время матча с «Анжи» в мае 2010-го, а также в раздевалке с Игорем Семшовым в перерыве матча с нальчикским «Спартаком» в сентябре 2010-го находится в числе причин того, почему Вы перестали играть?

- Меня удивляет, почему этим эпизодам в прессе уделяют столько внимания. Почему вы не вспоминаете ситуации, которые происходят в каждом матче? Футболисты на эмоциях, бывает, высказывают друг другу претензии либо занимаются каким-то эмоциональным подсказом. Это неотъемлемая часть футбольной работы и футбола в целом. А в той ситуации и с Хохловым и с Семшовым не было никакого конфликта, был эмоциональный разговор по игровому эпизоду. И я, и Игорь заявляли это в прессе. Я вообще не придал этому большого значения, и никто из футболистов не придает, потому что футбол - эмоциональный вид спорта, и в нем бывают не только положительные эмоции, но и отрицательные. Например, когда у команды что-то не получается, а желания очень много.

- Как Вы считаете, кто главный претендент на вратарскую позицию в поездке на Евро?

- Не возьмусь говорить, кто главный претендент. Немного не по адресу вопрос. Я думаю, что главный тренер, я имею в виду Дика Адвоката, прикидывает для себя и держит в голове приблизительный стартовый состав. В любом случае, окончательный состав будет определен ближе к старту чемпионата, после подготовки, которую пройдет сборная. Что касается меня, я полон решимости отдать все силы и приложить максимум возможностей, чтобы побороться за место в основном составе.

- Сможет ли Игорь Акинфеев после полугодичного перерыва вернуть свою физическую форму в столь краткий срок?

- Для любого футболиста это нормально. Игорь после своей первой травмы прошел этот путь и вернулся на высокий уровень, который ему привычен.

- Тогда он возвращался почти за полгода до старта Евро, а сейчас у него намного меньше времени.

- Мне сложно судить. Меня это напрямую не касается, но я думаю, что Игорь приложит максимум усилий, чтобы набрать форму, а в подготовке с тренером вратарей Вячеславом Викторовичем Чановым это вполне реально.

- Есть ли для голкиперов принципиальная разница, работать с одним специалистом или часто менять тренеров вратарей?

- Конечно, при работе с тренером важна стабильность. А если тренер вратарей высокого уровня – тем более. Могу коснуться момента, что когда назначали Миодрага Божовича, мы вратарским коллективом «Динамо» обратились к руководству клуба, чтобы Николая Павловича Гонтаря не увольняли, а оставили работать с вратарями, чтобы та работа, которая была выстроена на протяжении многих лет, не была сломана. В итоге все произошло не так, как мы хотели.

- Это повлияло на дальнейшую ситуацию?

- Всегда, когда начинается смена подготовки, идет определенная перестройка, привыкание, какие-то трудности возникают. В той ситуации тоже так произошло.

- А кто именно ходил к руководству?

- Я точно помню, что мы с Антоном Шуниным звонили руководству и обращались с такой просьбой.

- А сможете ли Вы быть вратарем России номер один?

- Для себя я поставил такую цель, и я полон желания достичь ее. Я считаю, что у меня получится справиться с этой задачей.

- Вы смотрели жеребьевку Евро? Помните свою первую реакцию, когда узнали состав нашей группы?

- Мы были с ЦСКА на сборах в Италии, готовились к «Интеру», и там не показывали жеребьевку, мы с Сережей Игнашевичем смотрели через Интернет. Первый комментарий мы сделали друг другу.

- И какой был комментарий?

- Всегда жеребьевка воспринимается спокойно, потом уже идет глубокий анализ. В итоге пришли к тому, что на Евро слабых команд не бывает. Бывают те, которые лучше или хуже подготовлены.

- Многие говорят, что группа равная, но выделяют Россию. Сложно быть фаворитом?

- Группа, которая нам досталась, вполне по силам для выхода и дальнейшего участия в чемпионате.

- На текущий момент Вы можете оценить состояние ваших соперников по группе?

- На текущий момент - нет.

- Где Вам больше нравилось играть? Сейчас в «Анжи» или в период с ЦСКА на правах аренды?

- Сейчас в «Анжи» я чувствую себя вполне комфортно. Работается хорошо, получаю удовольствие от игры, что для меня очень важно. Тот период, который я провел в ЦСКА, для меня связан с очень положительными эмоциями. Были и победы, и не самые удачные матчи, но я рад, что смог помочь команде. Это часть футбольной жизни, когда переходишь из одной команды в другую, перестраиваешься и играешь уже за совсем другой клуб и для других болельщиков.

- Атмосфера в каком клубе Вам запомнилась больше всего?

- В каждом клубе была запоминающаяся атмосфера. В «Анжи» сейчас также отличные отношения с ребятами.

- Семшов любит шутить, что два сезона подряд помогал командам выйти в Лигу чемпионов, а сам, по сути, отказывался от нее своими переходами. И Ваша ситуация похожа, когда в начале года Вы поменяли клуб.

- Я много раз говорил, что в той ситуации были определенные договоренности изначально, когда я переходил в ЦСКА на правах аренды. Это были договоренности руководства ЦСКА с руководством «Анжи». Я их поддержал и изначально настроил себя на то, что я иду на четкий срок до окончания календарного года, а потом возвращаюсь в «Анжи». Поэтому я не испытывал особых эмоций. Настраивал и готовил себя к сборам в составе «Анжи» и весенней части чемпионата.

- Когда уже были на сборах с «Анжи» и смотрели те же матчи с «Реалом», было просто абстрагироваться от мыслей, что Вы не играете там?

- Конечно, было просто. Я смотрел матчи и искренне переживал, болел за армейцев в надежде, что им удастся совершить невозможное и пройти «Реал».

- Было ли желание сыграть с «Реалом»?

- Оно у меня и сейчас есть. Конечно, с таким большим клубом каждый футболист мечтает сыграть.

- Вас не задевает народный фольклор, что «Анжи» тратит миллионы на футболистов?

- Честно, меня не задевает. Сулейман Керимов тратит свои собственные деньги на создание большого клуба для больших побед. В этом нет ничего предосудительного. Пусть люди шутят и обращают на это внимание -  популярность «Анжи» от этого растет.

- А внутри команды шутят на эту тему?

- Бывают определенные шутки внутри коллектива.

- Расскажете?

- Конечно, нет (смеется). Это может звучать резко.

- Порадует ли руководство клуба летом новыми звездными игроками своих болельщиков?

- Не знаю. Я об этом даже не задумывался. В нашей жизни возможно все. Наверное, у руководства есть какие-то планы.

- А замечаются ли какие-нибудь конкретные признаки в стиле поведения у Роберта Карлоса и Это’О? Контрастность на фоне остальных ребят.

- Само поведение не бросается в глаза. Ребята стараются вести себя максимально просто и открыто для товарищей по команде. Подчеркну, что именно товарищей. Это очень большой плюс для нашего коллектива. Конечно, если брать стиль в одежде или какие-то бытовые вещи, то, конечно, различие или, как вы говорите – контрастность, - присутствуют. А что касается поведения, то нет.

- На каком языке Вы с ними общаетесь?

- По возможности на ломаном английском, а если более глобальные темы затрагиваются и более досконально нужно разбираться, то через переводчика.

- Существует ли языковой барьер в общении?

- Конечно, разница чувствуется. Когда мы, например, собираемся в ресторане на командном обеде, то звучит разная речь: французская, английская, португальская, голландская.

- С кем у Вас более дружеские отношения в команде?

- Хотелось бы отметить, что у нас очень дружный коллектив и ребята все очень тесно общаются. Но более дружно я, наверное, общаюсь со своим братом (смеется), потому что времени больше вместе проводим. С Юрой Жирковым, со всеми ребятами. Если я сейчас буду кого-то выделять, то это будет неправильно.

- Обычно команды, в которых много игроков из разных стран, они общаются по языковому принципу. В «Анжи» такого нет?

- Понятно, что если есть языковой барьер, то общение больше идет на родном языке. Но у нас нет разделения, что россияне общаются отдельно, а франкоязычные или португалоязычные общаются отдельно. Если посмотреть на нашу раздевалку или на место, где собирается команда, то вы не увидите явного разделения.

- В итальянском футболе людей, которые играют дольше всех, которые имеют опыт, называют «сенаторами», они могут диктовать какие-то условия тренеру. Есть ли такое в махачкалинском клубе?

- Ни в коем случае у нас не может быть, что какой-то футболист позволил себе диктовать условия тренеру. Конечно, есть ребята, которые более опытные, которые больше выиграли, например, Самюэль, но этих футболистов привычнее называть лидерами на футбольном поле, в коллективе или раздевалке.

- Правда ли, что Роберто Карлос и Самба – расисты и ненавидят белых?

(Смеется). Смешной вопрос. Конечно, нет. На самом деле это очень открытые люди и с ними очень интересно работать и жить в одном коллективе.

- А бананы при них в команде едят?

- Конечно, едят. Мы просто не затрагиваем эту тему. Даже в шутках. Это все остается за дверями. Когда в каких-то разговорах это затрагивается, это делается исключительно для поддержки.

- Как футболисты «Анжи» относятся к «банановому скандалу»?

- Ясное дело, что отрицательно. Это неприятно не только футболистам «Анжи», но и всем футболистам, которые играют в нашем чемпионате. Это не красит российский футбол в целом.

- Когда и при каких обстоятельствах вы узнали про отставку Красножана?

- Я узнал из Интернета, после того как мы прилетели со сбора в Испании. У нас закончился сбор, мы прилетели в Москву, нам дали четыре или пять выходных, и то ли на второй, то ли на третий день я это узнал.