«Если ума нет — следуй пословице»


Министерство по национальной политике Дагестана выбирает дату для нового национального праздника в республике — Дня дагестанской культуры и языков. По идее чиновников и экспертов, он должен привлечь внимание к национальным языкам и их пропаганде.
 
В последнее время республика посвящает этой теме целый комплекс мероприятий. В ноябре в Махачкале вышел «Краткий разговорник на языках народов Дагестана»: 67 распространенных слов и понятий авторы сборника перевели на 12 письменных и семь бесписьменных языков республики. Всего же в Дагестане насчитывается 32 живых языка. Но в последние 50–100 лет они умирают все быстрее.
 
О проблемах сохранения языкового многообразия Дагестана корреспонденту «Русской планеты» рассказали один из составителей «Краткого разговорника», доктор филологических наук, профессор, заведующая кафедрой дагестанских языков ДГУ Светлана Махмудова и директор института языка, литературы и искусства имени Гамзата Цадасы ДНЦ РАН, доктор филологических наук, профессор Магомед Магомедов.
 
– Уже при составлении разговорника мы столкнулись с проблемой: не нашли грамотного носителя цахурского языка. Пришлось к работе привлечь студентку второго курса, которая его знает. В разговорник мы включили несколько больших языков, которые имеют широкий ареал распространения, и несколько малых языков, носителей которых почти не осталось, — вспоминает Светлана Махмудова.
 
– Насколько сложно работать с бесписьменными языками и сохранять их?
 
– Бесписьменные языки сейчас находятся в ужасном состоянии. Их очень тяжело сохранить: носителей становится с каждым днем все меньше. Нужно сделать словари и собрать пословицы, пока народ не умер. Ведь каждый язык — это отдельная культура и отдельная планета. Как говорит рутульская пословица: «Гьакьалдыхда хъуна рых, гьакьал адишди — мисаладыхда». Что значит: «Следуй своему уму, если ума нет — пословице».
 
В каждом языке есть что-то интересное, не только для языков Дагестана, но и для истории мира. Мало кто знает о рутулах — народности, населяющей верховья Самура в юго-западном Дагестане и на севере современного Азербайджана. Они раньше были жителями одной страны — Кавказской Албании. В середине XIX века она окончательно исчезла с карты мира. Рутульский язык является новописьменным с 1991 года, когда был принят алфавит на основе кириллицы. Однако письмо ему было знакомо еще в античности. Кавказская Албания имела свою письменность, основанную на языке гаргаров, а гаргарами некоторые исследователи считают рутулов. Вот какая ценная информация о народе скрывается в языке, — рассказывает профессор Махмудова.
 
По словам Магомеда Магомедова, вопрос сохранения дагестанских языков особенно остро встал в середине XX века, когда началось стихийное переселение горцев в города. Носители малых языков оказались рассеяны не только по всему Дагестану, но и по всей стране, что оторвало их от культурной среды и привело к забыванию родного языка.
 
– Носители языка перестали компактно проживать. И родной язык перестал функционировать так, как функционировал раньше, он оказался ненужным. Переселение горцев в город, на равнину, стало самым главным ударом по национальным языкам, — делится профессор Магомедов. — В городах выросло несколько поколений, не владеющих ими. Дети не слушают сказки на родном языке, им не поют колыбельные на родном языке — отрывается целый духовный пласт. Эти процессы оказались необратимыми.
 
– Наверное, это в большей степени касается бесписьменных языков?
 
– Да, из 32 языков Дагестана 18 не имеют письменной фиксации. Хотя, де-факто, все же они являются письменными, потому что наши ученые создают словари по этим языкам. Но носители этих бесписьменных языков малочисленны. Нет ни литературных, ни письменных традиций. Преподавание на этих языках не ведется. Например, гинухский язык на сегодняшний день насчитывает всего лишь 500 носителей, при том, что они не проживают компактно. Создать обучение проблематично: где их учить, кто их будет учить? Поэтому для таких языков мы предлагаем ввести в вузах факультативный курс обучения. Это как-то спасет положение — мы хотя бы будем знать, что наряду с литературными языками Дагестана есть бесписьменные.
 
– Ваш институт разработал проект закона о языках народов Дагестана. Как это может изменить ситуацию и повлиять на сохранение языков?
 
– С начала 90-х разрабатывался закон о языке. Он несколько раз перерабатывался, в него вносились изменения, но, к сожалению, этот закон так и не принят в Дагестане, в республике, которая по количеству языков занимает первое место в России, — поясняет Магомед Магомедов. — На сегодняшний день даже языки многочисленных народов Дагестана под угрозой исчезновения. Язык должен работать. Если язык не работает, он умирает. В школе дается всего два часа в неделю на национальный язык — этого мало для усвоения. К тому же нет языковой среды, где можно было бы проявить свои знания и навыки.
 
– Какие меры по сохранению языкового разнообразия Дагестана предлагает ваш институт?
 
– Многие наши предложения упираются в финансы. Хорошо, если бы появились детские сады, где ведется обучение и все мероприятия проходят на национальных языках. Должна быть создана и национальная школа. Не обязательно все школы должны стать национальными. Но в Махачкале могла бы появиться одна лакская школа, одна даргинская и так далее. Конечно же, должно быть телевидение на родном языке. Сейчас один раз в неделю выходит такая передача. А должны быть новостные программы на национальных языках. Должны проходить мероприятия на национальных языках. Принятие закона о языковом разнообразии Дагестана гарантировало бы сохранение языков, упрочило бы их позиции. Пока закон не принят, ученым приходится бороться за языки, сохранять их и культуру народов Дагестана.
 
http://dagestan.rusplt.ru/